Михаил Тимофеевоколо 4 мин. на чтение
От редакции: Поэма Михаила Тимофеева «За гранью» — это блестящий пример концептуальной геометроцентрической лирики, которая вступает в прямой диалог с философией нашего альманаха. Автор конструирует строгую научно-фантастическую притчу, где математические категории и законы планиметрии становятся метафорой тоталитарного, догматического сознания. Через образ одномерного общества стороны Квадрат поэт исследует феномен искусственных ограничений, запретов на «разносторонность» и страха перед выходом за рамки привычной плоскости. Уникальность текста заключается в его безупречной архитектонике: сухой, почти чертёжный язык школьных циркуляров и геометрических правил здесь парадоксальным образом рождает глубокое экзистенциальное напряжение. Это поэтическое проектирование высшего порядка, фиксирующее вечное стремление человеческой мысли преодолеть заданные границы и выйти в объёмное, многомерное пространство духа.
Геометрическая поэма
За гранью
В далёком холодном космосе
по орбитальной касательной
у звёздного икоса́эдра
летела планета Куб.
Населённая одномерными
фигурами сторона Квадрат
подчинялась всем строгим
правилам, установленным
кругом старейшин.
1. Запрещалась разносторонность
во взглядах, суждениях, действиях;
2. Запрещались все точки зрения
на предметы с другой стороны;
3. Запрещалась любая двусмысленность
как языковая форма неодномерности;
4. Запрещалось объединение
с другими фигурами в новые;
и так далее, и так далее.
Но самое главное правило –
запрет покидать плоскость грани,
выходя за границу ребра.
В мрачных квадратных зданиях школ
так учили фигур географии:
«За пределами нашей плоскости
нет городов и посёлков.
За пределами нашей плоскости
нет ни жизни, ни разума.
За пределами нашей плоскости
нет ничего».
И все внимательно слушали
и кивали, соглашаясь с тем,
что за пределами плоскости
ничего и не может быть.
Но две подруги перешёптывались,
сомневаясь в фигурах речи
старого преподавателя:
– Подумай, если бы там
и в правду ничего не было,
стали бы нам запрещать
покидать нашу грань?
– Это вряд ли…
– Можно всё лично проверить.
– А давай!
– Мы пойдём в поход.
Встречаемся завтра на площади.
Юные, смелые, непокорные,
они отправлялись на поиски
чего-то ещё неизвестного
и, как все говорят,
невозможного –
того, что лежит за пределами
привычной квадратной плоскости.
Среди нарисованных на земле
городов и очерченных границ,
по широкой равнине
шли точка с кривой
навстречу
великой
тайне.
Так, из пункта А в пункт Б,
двигались фигуры,
настолько сблизившиеся
друг с другом,
что теперь они напоминали
нечто новое и единое:
вдвоём они образовали
вопросительный знак.
В окраинной деревушке
к ним подошли охранники,
квадратные пограничники,
и спросили, нахмурившись:
– Кто вы такие?
– Что вы такое?
– Я – точка.
– А я – кривая.
– Не идите так близко друг к другу.
– Вы похожи на одну,
новую и неизвестную,
фигуру.
– А это нарушение правила №4.
– Разойдись! – приказали охранники.
Но точка с кривой не смогли разойтись –
так они привязались друг к другу.
– Не двигаться! Вы арестованы!
Под конвоем несчастных доставили в суд,
и круглый дурак прокурор произнёс:
– Вы обвиняетесь в объединении
с другими фигурами в новую.
Слава Плоскости.
И зал повторил:
– Слава Плоскости.
Судья зачитал приговор:
– Виновны.
И зал повторил:
– Слава Плоскости.
Тюрьма была такой маленькой,
что точка и кривая
едва умещались в ней,
упираясь в линии стен.
Единственный их сокамерник,
нарушивший первое правило,
бормотал что-то себе под нос,
и охрана считала его сумасшедшим.
Каждый день надзиратель
читал точке нотации:
– Брось её, ненормальная.
Куда кривая выведет?
Но фигуры продолжали быть вместе
в тесной тюремной камере
и готовили дерзкий побег
через линии стен.
Спрятавшись в темноте ночи,
они прокрались наружу
и вдвоём пробежали по краю
плоской квадратной земли.
Но не упали в бездну
и не пропали без вести,
а оказались за гранью –
на другой стороне.
Как будто в ином измерении,
там всё было по-своему:
фигуры ходили свободно,
гордо поднявшись над плоскостью.
Объёмные, разносторонние,
они объединялись друг с другом
так, как каждому вздумается.
За гранью не было запретов,
за гранью не было тюрем –
за гранью, в далёкой
трехмерной стране,
была свобода.
И точка с кривой,
искательницы новых краёв,
вопросительным знаком
поднялись над дивной землёй –
ещё никому неизвестной
и, как все говорят,
невозможной.
Михаил Тимофеев — поэт. Ранее публиковался в авторитетных литературных журналах и на независимых поэтических порталах, среди которых «Просодия», «Текстура» и «Полутона».
